...Надо все свое внимание отдавать единому целому организму, потому что там, где целое чувствует себя плохо, части его, вне всякого сомнения, не могут быть здоровы. Вот почему, например, в творениях Гиппократа, когда речь идет о методах исследования больного, мы находим, наряду с требованиями учета не только крупных, но и мельчайших признаков болезни, указания на необходимость изучить душевное состояние больного, его мысли, его речь и молчание» 33, 16—17].
Известный французский писатель А. Моруа, как бы развивая эту мысль, говорит следующее: «Медицину нельзя разрубить на два куска — лабораторию и клинику, точно так же, как невозможно отделить медицину тела от медицины души. Существует единый мир, в котором мы сталкиваемся с феноменами бесконечной сложности. Если, как доказал И. П. Павлов, достаточно знака, чтобы усилить работу слюнных желез, то мысль, горе или забота в состоянии повлиять на самые разные органы. Перспектива трудного экзамена иной раз действует на школяра сильнее самого мощного слабительного. Тревога и страх — сами по себе болезни; наслаиваясь на другой недуг, они ужесточают его течение. Между телом и мыслью происходит постоянное взаимодействие; и, сознавая, это единство человеческой личности, медик врачует упадок духа вместе с порожденными им органическими расстройствами. Медицинский гений видит человека целиком» 37, 82].
|
Тревога и страх